Рейнсдорп93 придумал хитрый
В осаде долгой план —
Послать убийцу скрытно
В Берду, во вражий стан,
Чтоб там он Пугачёва
При случае убил.
На роль убийцы злого
Колодник подходил.
Сидел как раз в ту пору
В остроге Соколов94.
До смерти самой вору95
Не сняли бы оков.
Был среднего он роста
И весь почти седой,
Ему было не просто
Смириться с злой судьбой.
Под строгим был надзором
Клеймёный этот вор.
Позвали его скоро
На важный разговор.
Встретив взглядом зеркало,
Себя он не узнал —
Жизнь очень исковеркала,
Да и палач терзал.
Он молодым солдатом
Из полка бежал96,
Мундир в лесу припрятав,
Подался на Урал.
Хлопушу задержали,
Приговор был крут —
Шпицрутены собрали,
Мочили каждый прут.
Рядами плотно сжатый,
Под жуткий прутьев вой
Он с кожею лохматой
Не раз прошёл сквозь строй.
Иван попался снова
В бунтарстве заводском,
Имело силу слово
В смущении людском.
Три раза он ссылался
На каторгу в Сибирь.
Другой бы отказался
Менять привычный мир
Давно его Хлопушей
Колодники зовут,
Он кашлять стал всё глуше,
С утра болела грудь.
В тюрьме частенько били
Злодея-бунтаря.
Кровь в жилах только стыла,
Но, видимо, всё зря.
Его-то губернатор
Для роли новой взял.
На время грубость спрятав,
Хлопуше он сказал:
«Ты скоро на свободе
Безбедно станешь жить,
Коль сможешь при народе
Злодея погубить.
За гибель Пугачёва
Я всё тебе прощу.
Моё ведь прочно слово —
На волю отпущу».
«Вашему сиятельству
Согласие я дам.
В энтом обстоятельстве
Неволю я продам.
Пред Вами лишь сознаюсь:
Подумывал бежать.
Я Ваши постараюсь
Надежды оправдать».
Рейнсдорп ему поверил,
Решился отпустить,
Отметив в мыслях:
«Зверя Он сможет погубить».
Вот наёмник в лагере
Гуляет по Берде,
Но забыл про заговор
В Емелиной среде.
В избе открыты двери —
Для всех свободен вход.
Пугачёв так верил
В несчастный свой народ!
Спокойно в кресле сидя,
Он говорил с дружком,
Застенчивым по виду
Высоким казаком.
С расстоянья близкого
Виднелись связка карт,
И Петра голштинского
Подлинный штандарт,
И пистолет фамильный
С гравюрой на стволе.
Стоял прибор чернильный
На маленьком столе.
«Да это же Шигаев!»97, —
Вдруг вспомнил Соколов
И, смелости прибавив,
Вошёл в избу без слов.
Вожак насторожился:
«Ты что же — из калек?»
Шигаев заступился:
«Бедной он человек.
Его давно я знаю,
Афоней его звать,
Да, доля его злая,
Он будет воевать».
Гость быстро правду-матку
Перед «царём» открыл.
Тот молвил: «Ну и хватка,
Сколь дел ты натворил!
Что ж, лучше не сумели
Лазутчика послать?»
«Что думал граф о деле,
Не мог я просто знать».
Пугачёв попристальней
Хлопушу рассмотрел:
«Теперь в своей ты пристани.
Служить бы мне хотел?»
«Да, Ваше величество,
Вам век готов служить!
Огромное количество
Людей могу смутить».
Емельян сомнений
В нём больше не имел,
Ценил к свободе рвение
И то, что тот был смел.
Шёл Афанасий в гору,
Был послан на Урал,
Там на заводах скоро
Отряд большой собрал.
Чтоб скрыть в лице отметки
Клейма и двух хрящей,
Носил Хлопуша сетку,
Свисавшую с ушей.
С Авзянского завода98
Он пушки вёз в Берду,
Народ с ним дружбу водит,
Чтоб одолеть беду.
От новой артиллерии
Урон войска несут.
И повстанцы верили,
Что Оренбург возьмут.
93 Рейнсдорп— генерал-поручик, оренбургский губернатор.
94 Соколов Иван Тимофеевич (Хлопуша) (год рождения не известен —1774), происходил из крепостных крестьян тверского архиерея. За участие в волнениях был сослан в Оренбургскую губернию. Крепостной рабочий уральских заводов. Накануне пугачёвского восстания был заключён в Омскую крепость, откуда через месяц сбежал. Крупный, талантливый деятель крестьянской войны. Был схвачен в Каргале, пытался спасти жену и сына, но был увезен в Оренбург. В июне 1774 года в губернском городе при большом стечении народа ему отрубили голову.
95 Вор — в старину это слово означало: изменник, злодей.
96 Своеобразную версию жизненного пути Соколова даёт Н. Г. Шушканов. Он связывает судьбу Хлопуши со службой в армии и описывает побеги последнего из полка. См.: Шушканов Н..Г. Крепостной Златоуст (Главы из истории Златоустовского завода конца XVIII и первой половины XIX столетия). — Челябинское книжное издательство: Челябинск, 1959. С. 7 - 8.
97 Шигаев Максим Григорьевич (1724–1775), яицкий казак, участник и один из руководителей восстания яицких казаков 1772 года. Примкнул к Пугачёву в сентябре 1773 года. Во время отсутствия Пугачёва в Бердской слободе руководил военной коллегией и осадой Оренбурга. В начале апреля был захвачен в плен и находился под следствием. Осенью был перевезен в Москву, где 10 января 1775 года повешен на Болотной площади. Его казнь была осуществлена почти одновременно с казнью Пугачёва.
98 Авзяно-Петровский завод основан в 1756 году.
